Hogwarts|Collide

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Hogwarts|Collide » Вне времени » [осень 1898 г. - ?]Совсем другая история (AU)


[осень 1898 г. - ?]Совсем другая история (AU)

Сообщений 91 страница 120 из 129

1

Участники: Gellert Grindelwald, Laina McLynette
Время действия: осень 1898г.
Место действия: Хогвартс
Описание: Геллерт Гриндевальд знакомится с Лэйной МакЛинетт. Из этого могло ничего не получиться... В другой реальности.

91

Геллерт быстро поцеловал девушку и лишь затем ответил:
- Он все проглотил. Я еще не говорил тебе, как восхищаюсь тобой? Ты просто умница!
Он снова поцеловал ее, на этот раз более глубоко и страстно. Затем улыбнулся заговорщицки:
- Я убедил его в том, что с тобой нужно еще дополнительно позаниматься. Кабинет наш по вторникам и четвергам с семи и до девяти. Хорошая новость? Только,- он помрачнел.- В нагрузку мне подсунули  пару тупоголовых девиц. Я должен буду объяснять им как избавляться от боггарта. Но ничего, постараюсь отделаться от них быстро. Никто не сможет помешать нашим всречам.

92

Лэйна засияла в улыбке.
- Да, у меня в голове всегда есть запасной план. Но ты, конечно, понимаешь, что ссылаться на мою пустоголовость долго не стоит. А в остальном это, определённо, хорошая новость! - Лэйна обняла Геллерта и чмокнула его в щёчку. - Девицы, говоришь? Ну смотрите у меня, месье Гриндевальд. Не увлекитесь работой учителя.
Француженка была абсолютно счастлива. Теперь у них было оправдание быть вместе а ещё кучка глупых девочек давали полное прикрытие их отношениям.
Лэйна впилась в губы блондина своими губами, её руки залезли под мантию парня и бродили там где вздумается.

93

Геллерт чувствовал возбуждение. Опасность быть обнаруженными заводила и заставляла бурлить и кипеть его кровь. Довольно грубо прижав девушку к стене он запустил руки ей под юбку, сам отвечая на ее поцелуй, проталкивая язык так глубоко, что мог полностью исследовать ее рот.
Кто-то прошел мимо, громко переговариваясь. Геллерт вздрогнул и замер, прислушиваясь.
- Не везет,- прошептал он.- Но мы еще встретимся позже. Клянусь, я буду с нетерпением ждать нашей встречи.

94

Играть таким образом, ставя на кон всё, было жутко интересно. Каждое мгновение всё могло рухнуть и от этого поцелуи и прикосновения были ещё слаще, приносили ещё большее возбуждение.
Рядом послышались голоса и Лэйну бросило в жар. Ещё чуть-чуть и всё вполне могло бы окончиться трагично.
- Не везет. Но мы еще встретимся позже. Клянусь, я буду с нетерпением ждать нашей встречи.
- Я обещаю, твоё ожидание не будет напрасным, - шепнула МакЛинет слизеринцу и легонько куснула мочку его уха.
Убедившись, что голоса удалились, девушка выглянула на лестницу. Никого видно не было. Приняв самый важный вид, Лэйна вышла из ниши и как ни в чём не бывало, отправилась на завтрак. Оставалось дожидаться вторника, чтобы опять очутиться вместе с Гриндевальдом на небесах.

95

Время летело довольно быстро. Геллерт нашел тех девушек-пятикурсниц, с которыми его обязал заниматься профессор. Обе оказались довольно робкими, постоянно краснеющими при взгляде на него и все время глупо хихикающими. Но парень решил довести дело до конца. Выяснив, как у них обстоят дела с боггартом, он решил, что справиться с этим быстро. Несколько комплиментов, подбадривающие выражения и его фирменная улыбка; все, что требовалось, чтобы покорить обеих и заставить неукоснительно следовать его требованиям. Встреча с Лэйной приближалась, но по мере того, как шли дни, Геллерт начал задумываться, что было бы неплохо использовать эту возможность для собственных планов. На факультете уже узнали, что он стал репетитором для младшекурсниц. Чтобы пресечь насмешки он мельком обмолвился, что одним репетиторством здесь не обойдется и свою награду получит в любом случае. Теперь на него смотрели с завистью. По сути, он имел отличную возможность для свиданий сразу с двумя девушками, одобренную преподавателем.
Геллерта беспокоил только Алоис, но поскольку парень не общался с сестрой, а их встречи обычно заканчивались взаимными насмешками, то проблтаться Лэйне он не мог.
Наступил вторник. Геллерт отправил Лэйне записку, в которой просил задержаться на полчаса и подойти в кабинет ЗОТИ когда закончит занятие с другой студенткой.
Девушка, Эллен, оказалась довольно понятлива. Геллерт только удивлялся, почему она не могла понять все это на уроках. Но как бы то ни было, уходила она сияя улыбкой. Быстрый поцелуй на прощание стал для парня знаком, что здесь все готово, она попала в его сети.

96

Сегодня Лэйна вся сверкала. Сегодня она притягивала взгляды. Сегодня девушка ходила с таинственной улыбкой на лице. Даже тех, кто пытался слишком навязчиво разгадать тайну, скрывавшуюся за улыбкой, МакЛинет не посылала куда-то подальше. Она просто молчала и улыбалась.
Первое свидание с Геллертом без спешки, без страха, что их застукают раньше времени. Конечно, возможность всегда оставалась, но это только придавало свиданию пикантности.
Подходя к классу, француженка столкнулась с какой-то очень смущённой хаффлпавкой. Девушка сразу же поняла в чём тут дело.
- Делаешь успехи на преподавательском поприще? - задорно спросила Лэй, зайдя в класс. Геллерт стоял спиной к двери и смотрел в окно, явно о чём-то задумавшись. Его спина, сомкнутые за ней руки, аккуратно уложенные светлые волосы - всё это составляло настолько притягательную картину. МакЛинет задумала, что она никогда раньше не рассматривала его вот так - издалека. Всегда где-то близко, всегда приходилось изучать его тело руками. Лэйна улыбнулась своей непристойной мысли.

97

- Совершенно неожиданное для меня амплуа,- Геллерт обернулся, улыбнулся, оценивающе разглядывая ее.- Может, стоит подумать о преподавательском месте в Хогвартсе после окончания школы? В любом случае, эта девица не настолько безнадежна, как я предполагал по словам профессора. Конечно, сначала мне пришлось поставить ее на место. Совершенно не восприняла меня всерьез. Впрочем, не будем о всякой ерунде. Я скучал, в ожидании тебя.
С этими словами Геллерт подошел ближе к Лэйне и поцеловал ее, чуть приподняв пальцами ее подбородок. Флирт с пятикурсницей-хаффлпаффкой, а затем и поцелуй, раззадорили его.

98

- Ммм, я была бы так рада, если бы ты остался в Хогвартсе. Мне ещё два года учиться, а ты уже заканчиваешь школу. У нас мог бы быть роман учитель-ученица. Это так... заводит, - Лэйна прикусила губу и обвила руками шею Гриндевальда.
И когда она только начала связывать своё будущее с этим талантливым слизеринцем? Даже для самой МакЛинет это было сюрпризом. Нет, семейная жизнь точно была не для неё, но всё-таки девушке хотелось продолжить эти отношения как можно дольше. С Гриндевальдом было приятно, впервые в жизни, Лэй что-то интересовало больше, чем Дары Смерти. Иногда француженку даже посещали бредовые мысли о том, что если бы Геллерт попросил, она могла бы даже оставить поиски Даров... на время. Всё же МакЛинет понимала, что вечно ничего длиться не может.
- Ну что, месье Гриндевальд. Научите меня чему-нибудь сегодня?

99

- К сожалению, всё хорошее имеет обыкновение проходить,- Гридевальд неспешно провёл рукой по спине девушки: от талии к лопаткам, затем зарылся пальцами в её шикарные густые волосы и слегка оттянул голову назад.- Но пока это хорошее находится в самой начальной стадии, мы можем немного пошалить.- слизеринец непроницаемым взглядом изучил лицо юной Маклинет, дразняще улыбнулся, но эта улыбка не коснулась глаз.- Наш сегодняшний урок... Может, стоит посвятить его философии и поэзии?Вот это:
За тенью - мы, она - от нас,
Идём назад, она - за нами:
Девице льстим, всегдан отказ,
Уходим, в ней желаний пламя.
Так разве женщина не тень
Мужчины каждый божий день?

Как тени вечером длинны,
Как не заметна тень дневная,
Так слабы мы - они сильны,
Возвысив нас, не сознавая.
Так разве женщина не тень
Мужчины каждый божий день?

Пока декламировал, Геллерт не отрываясь смотрел в глаза Лэйне, улавливая и угадывая её реакцию. Отец не зря говорил, что женщине нужна романтика. Секс был хорош, очень хорош, но чтобы заполучить душу слизеринки, Гриндевальд искал и другие рычаги.

100

Всё внутри девушки напряглось. Ужасное, унизительное стихотворение - только это она услышала. То, что пытались сделать из неё родители всю её жизнь - тень мужчины, хорошую жену, скрывающуюся за плечами мужа, украшение, куклу в дорогом платье. Но, конечно же, Гриндевальду не за чем было знать о детской травме и о том, что стихотворение до глубины души оскорбило Лэйну. Ведь вся сила женщины и есть в том, чтобы казаться покорённой, играя на мужском самолюбии, и тем самым получать то, что она хочет.
- Бен Джонсон? Я узнала, - Лэйна легко улыбнулась, откидывая прядь уже распущенных волос с шикарного декольте. Да, она изучала поэзию. Она же должна была производить впечатление на гостей из чистокровных семей. Но в большинстве своём стихи казались девушке бесполезной тратой времени, они были слишком слезливы. - Я предпочитаю французскую поэзию, она более... чувственная, - последнее слово Лэй сказала почти шёпотом, у самого уха слизеринца, - Но и у Бэна Джонсона есть недурные стихотворения. Например, это:
                         До дна очами пей меня,
                            Как я тебя - до дна.
                         Иль поцелуй бокал, чтоб я
                            Не возжелал вина.
                         Мечтаю я испить огня,
                            Напиться допьяна,
                         Но не заменит, жизнь, моя,
                            Нектар тебя сполна.
                         Тебе послал я в дар венок
                            Душистый, словно сад.
                         Я верил - взятые тобой
                            Цветы не облетят.
                         Вздох подарив цветам, венок
                            Вернула ты назад.
                         Теперь дарить не свой, а твой
                            Он будет аромат.

Всё стихотворение было прочтено томным призывающим голосом, девушка почти дышала Гриндевальду в шею, чтобы создалось ощущение интимности. Закончив, Лэйна игриво закусила губу и отстранилась, отслеживая реакцию блондина.

101

- Браво,- Геллерт несколько раз хлопнул в ладоши, показывая своё восхищение.- Ученица делает успехи, учитель ею безусловно доволен. И чтобы закрепить успех?..
Он кончиками пальцев приподнял подбородок девушки, приблизился к её губам, но тут же выпустил и сделал шаг назад. Заложив руки за спину, Гридевальд напустил на себя строгий вид, демонстрируя обычную позу их преподавателей во время лекции.
- Вы говорили о французской поэзии, мисс Манлинет? Вот это, совсем недавнее..
Это стихотворение любила его покойная мать. Геллерт не был поклонником романтической поэзии, да и весь "урок" затеял случайно. Просто было что-то такое в образе Лэйны. Нечто, заставлявшее вспоминать стихи и баллады. В другой ситуации он превратил бы всё в шутку, но сейчас хотелось блеснуть, вызвать её восхищение. И уж совсем необычным было именно то, что Лэй напомнила об Изольде Гриндевальд. Геллерт и сам не заметил, как изменился его взгляд, наполняясь непривычной теплотой.
Слабому сердцу посмел я сказать:
Будет, ах, будет любви предаваться!
Разве не видишь, что вечно меняться —
Значит в желаньях блаженство терять?
Сердце мне, сердце шепнуло в ответ:
Нет, не довольно любви предаваться!
Слаще тому, кто умеет меняться,
Радости прошлые — то, чего нет!
Слабому сердцу посмел я сказать:
Будет, ах, будет рыдать и терзаться.
Разве не видишь, что вечно меняться —
Значит напрасно и вечно страдать?
Сердце мне, сердце шепнуло в ответ:
Нет, не довольно рыдать и терзаться,
Слаще тому, кто умеет меняться,
Горести прошлые — то, чего нет!

102

- У меня просто прекрасный учитель, месье Гриндевальд, - Лэйна шутливо закатила глаза, когда блондин опять начал её дразнить. Как же он любил играть в эти игры! Ну ничего, иногда это даже хорошо, главное - не заиграться.
Пока девушка слушала стихотворение, на её губах играла лёгкая полуулыбка. Что творилось в голове у этого слизеринца, известно было только ему одному. Стихотворение же рассказывало о муках любви. Что это - просто слова или же за ними стояло что-то большее? Зачем вообще Геллерт затеял этот странный урок поэзии? Неужели, парень и правда влюбился или влюбляется в неё? Это было бы... приятно и интересно. Ещё никто из поклонников не вызывал у Лэй такого желания и интереса и даже надежд на будущее. Вообще обычно поклонники просто игнорировались, но Гриндевальд с самого начала оказался особенным. В нём была какая-то притягивающая бездна, всасывающая всё в себя и Лэйна прекрасно понимала, что не стоит заходить слишком далеко, иначе ей было бы оттуда не выбраться. Понимала, но держаться далеко от него было невыносимо.
Девушка подошла к окну и замерла там, словно статуя.
- Это прекрасно, учитель, - МакЛинет подарила слизеринцу тёплую улыбку вместо обычной снисходительной или завлекающей. - И всё же... Поэзию я люблю за то, что она заставляет нас обратить внимание на, казалось бы, обычные вещи. Вот это тоже совсем новое:
Средь связки роз, весной омытой,
Прекрасней чайной розы нет.
Её бутон полураскрытый
Слегка окрашен в красный цвет.

То роза белая, так ровно
Краснеющая от стыда,
Внимая повести любовной,
Что соловей поёт всегда.

Она желанна нашим взглядам,
В ней отсвет розовый зажжён,
И пурпур вянет с нею рядом,
Иль грубым делается он.

Как цвет лица аристократки
Затмит крестьянских лиц загар,
Так и она затмила сладкий
Алеющих сестёр пожар.

Но если Вы её, играя,
Приблизите рукой к щеке,
Внезапно светлый блеск теряя,
Она опустится в тоске.

В садах, раскрашенных весною,
Такой прекрасной розы нет,
Царица, чтоб идти войною
На Ваши восемнадцать лет.

Ах, кожа побеждает вечно,
И крови чистая волна
Из сердца юного, конечно,
Над всякой розой взнесена.

Отдать своё сердце кому-то - значит сделать себя невозможно слабым. Именно поэтому Лэйна и любила этим самые сердца забирать.

103

По мере того, как Лэйна читала это стихотворение взгляд Геллерта менялся от задумчивого к хищному. В его коллекции нежных розочек было достаточно редких экземпляров. Конечно, Лэй была особенной, но постоянных отношений он не планировал. Все сорванные розы имеют обыкновение вянуть и становиться уродливыми. Пока он наслаждается близостью с прекрасной рэйвенкловкой, но когда надоест, он безжалостно выбросит её.
Лирическое настроение было забыто. Стоило прозвучать последнему четверостишию, он тут же оказался рядом с ней и впился требовательным поцелуем в губы девушки. Время было на исходе, они слишком увлеклись этой поэтической дуэлью. Не растрачиваясь на прелюдии и предварительные ласки, Геллерт подхватил девушку на руки и увлёк к дальним столам, попутно трансформируя их в подобие кровати. Быстро расстегнул пуговицы на блузке, не заметив, как оторвал одну. Погувичка незаметно соскользнула с кровати и укатилась в угол.
Он что-то шептал девушке, перемежая слова с поцелуями. Вся одежда была отброшена в сторону, остались только обнажённые тела, двигающиеся в едином ритме.

104

Непредсказуемость их отношений кружила Лэйне голову. Геллерт умел появляться внезапно. Он сносил всё на своём пути как торнадо, в том числе и все мыли девушки вообще, оставляя в голове только себя самого и больше ничего - ни Даров Смерти, ни мести брату, ни уж тем более поэзии. Слизеринец накатывал волной как цунами. Он сотрясал её мир как гром средь бела дня. Да уж, блондина можно было сравнивать только со стихийным бедствием.
И сейчас он, казалось, за секунду приблизился к ней. За следующую сорвал одежду. А потом реальность оттеснило блаженство.
Он вошёл в неё, даже как-то грубовато, но после сопливой поэзии Лэй это понравилось. Да, парень хорошо владел языком, но любовь и чувства доказываются делами. И он доказывал, каждым движением заставляя её кричать от удовольствия. МакЛинет пришлось чуть ли не вцепиться Геллерту в шею зубами, чтобы не произносить особенно громких стонов. Да, в этот раз они находились здесь законно и все антипрослушивающие и запирающие заклинания были произнесены, но молодые люди всё равно находились в Хогвартсе. А всем известно, что здесь никогда не стоит терять бдительности, даже когда ты занимаешься любовью.

105

Геллерт неторопливо оделся, аккуратно расчесал волосы, чтобы не вызывать подозрения лохматой головой.
- Кажется, мы задержались.- озабоченно заметил он, глядя на золотые часы, которые достал из кармана брюк.- Сейчас я проверю, нет ли кого в коридоре и ты пойдёшь к себе. Жаль, конечно, но лучше не мешкать.
Слизеринец оглядел девушку, уже успевшую одеться. Ему нравилось, что она умела быстро двигаться и собираться. В Дурмстранге он привык к медлительным томным барышням, считавшим дурным тоном даже перчатку надевать быстрее пяти минут. Про занятия сексом там и говорить не приходилось. Лэйна действительно была чудом. Возможно, это сказывалась её жизнь во Франции. Геллерт мысленно улыбнулся, вспомнив рассказы о вольностях, допускаемых француженками.

106

- Ну что ж, это было очень... поучительно, - Лэйна улыбнулась, затягивая волосы в косу. Она быстро подошла к Геллерту и втянула его в прощальный быстрый, но от этого не менее страстный, поцелуй. - С нетерпением жду следующего занятия, месье Гриндевальд.
Сердце всё ещё билось как бешеное. Девушка выскользнула из кабинета. В коридорах было уже пусто, однако, отбой ещё не наступил. МакЛинет даже не заметила, как дошла до входа в гостиную. Ответила на загадку она даже не думая. Все её мысли занимал слизеринец. Его горячность, его страсть. Его невероятный ум, его речь. Его смелость и его загадочность. Сокурсницы бросали на пожалуй чересчур счастливую Лэй подозрительные взгляды. Но теперь МакЛинет было абсолютно наплевать.
Засыпая, девушка поняла, что она никогда в жизни не была такой счастливой. И от мысли, что скоро она опять увидит Геллерта, всё внутри переворачивалось. Перед тем, как сон совсем помутил её сознание, француженка запоздало сообразила, что так в книгах описывают любовь.

107

А у Гриндевальда настроение было просто отличным. Он получил возможность встречаться сразу с несколькими девушками, ему завидовали однокурсники, его хвалили профессора. Но кое-что не давало Геллерту полностью расслабиться. Не сразу парень сообразил, что слишком увлёкся и забыл о поисках Даров. Проблему нужно было решать, но отказываться от частных уроков студент не собирался. Другой на его месте мог бы занервничать, наделать ошибок, но только не наследник Дориана Гриндевальда. Свободное время парень проводил в библиотеке, вечерами шёл на свидание.
Этим вечером он слегка задержался: минут на десять, это было не смертельно. Но девушка, едва он появился на пороге, бросилась с упрёками о том, что он совсем её не уважает и стремится быть с ней. Урок был сорван. Пришлось утешать плачущую Эллен. Нашёптывая ей на ухо комплименты, Геллерт не заметил как увлёкся и начал целовать и ласкать девушку, расстёгивая ей блузку. Особенно помогала сама студентка, со всей возможной страстью вцепившаяся в него, буквально вжимаясь всем телом и извиваясь в его руках.

108

Жизнь стала лучше. Нет, правда. После того вечера Лэйна воистину расцвела. Она порхала по школе, как бабочка. Начитанности и способностей хватало, чтобы отвечать на уроках невпопад, но верно. Но вот ни заклинания ни зелья ей не давались. Но МакЛинет и на это теперь было наплевать. Вечерами, когда уроков с Геллертом не было, она подолгу сидела над какой-нибудь книжкой и читала каждую строчку несколько раз, но знания всё равно вылетали из головы. Она была серьёзно влюблена. Даже Алоис, который обычно обращал внимания на сестру не больше, чем на пылинку на плече, как-то раз спросил, здорова ли она. Конечно же, француженка знала, как глупо выглядит со стороны, но она просто позволяла себе наслаждаться своим состоянием. Молодость, свежесть, любовь.
Сегодня по расписанию занятий с Геллертом не стояло. Но Лэй так безумно соскучилась по нему... Да, она понимала, что слизеринец будет дуться, если МакЛинет вдруг прервёт его урок с другой ученицей, но девушка надеялась, что блондин поймёт её. Он ведь тоже был влюблён.
Платье с безумным вырезом, а на голове игривые кудри. Лэйна сознательно нарядилась сегодня куколкой. Девушка подбежала к кабинету чуть ли не вприпрыжку и попыталась открыть дверь. Пакостный кусок дерева был закрыт, но ничего этим вечером не могло стоять между МакЛинет и её возлюбленным.
Дверь со скрипом отворилась от уже второй алохоморы.
Бум! Что-то где-то с грохотом разбилось.
Ах, да. Это было сердце Лэйны МакЛинет. Потому что Геллерт Гриндевальд, в которого она по уши влюбилась, в данный момент раздевал какую-то другую девушку.
Розовая пелена вмиг слетела с глаз француженки. Мерлиновы яйца, как она была глупа и слепа! Картинка складывалась воедино. Лэй, стиснув зубы, неподвижно стояла в дверях класса и ждала, пока разгорячившаяся парочка её заметит. Просто хотелось посмотреть этому мерзавцу в глаза.
Наконец, слизеринец повернулся к ней.
- Авада Кедавра! - прогремело во внезапно обрушившейся тишине.
Как жаль, что у Геллерта такая молниеносная реакция. Как невозможно жаль, что француженка не сможет поиздеваться над его трупом и бросить на съедение каким-нибудь тварям. Сколько ненависти было в одном только взгляде девчушки 15-ти лет в пышном платье и кудряшками, готовой убить, уничтожить и растоптать того, кого пять минут назад боготворила.
- Ты пожалеешь об этом, Гриндевальд! - только и смогла выдавить Лэйна. Она повернулась и вышла из кабинета, хлопнув дверью.
Дальше всё было в тумане. Девушку трясло, глаза заливали слёзы. Нет, в такой ситуации виновата больше всего была она сама. Она позволила себе стать слабой. Забыть о планах и цели. Подала себя слизеринцу на блюдечке с голубой каёмочкой. Но от этого ненависть не становилась меньше.
Каким-то образом, заплаканная француженка сумела проскользнуть в спальню после отбоя. Никто её состояния не увидел. Ничего, завтра она проснётся и снова будет прежней. Только в списке врагов будет стоять ещё одно имя.

109

Жар разливался по всему телу, возбуждение накатило волной, словно цунами. Геллерт совершенно не обратил внимания на скрипнувшую дверь, больше заботясь о нежном девичьем теле под своими ладонями.
Внезапно Элеен замерла и начала вырываться. Недовольный парень недоумённо проследил за испуганным взглядом карих глаз и застыл, сообразив, что только что попал. Серьёзно, обстоятельно, и как выкручиваться, распалённый слизеринец просто не мог придумать. Немного времени, желательно без этой девицы рядом с ним. Но времени как раз и не дали. Разгневанная рэйвенкловка вскинула волшебную палочку, гневно сверкая большущими глазами, и выпалила:
- Авада Кедавра!
Случайно толкнув Эллен, Геллерт бросился в сторону, даже не думая, есть ли у пятикурсницы силы для такого серьёзного проклятия. Его подопечная упала, ударившись головой о стену, и потеряла сознание. Студент осторожно вытянул свою палочку, но необходимости в этом уже не было. Маклинетт, готовая разрыдаться, прожгла его взглядом, выкрикнула на прощание угрозу и убежала, хлопнув дверью так, что Геллерт поморщился.
- А вот теперь придётся подумать. - он бросил безразличный взгляд на бесчувственную девочку. Теперь она была ему не интересна. Заклинание из отцовской библиотеки прекрасно сработало, лишив её памяти. Стерев ненужные воспоминания Слизеринец подхватил её на руки и отнёс в больничное крыло. Медсестре сообщил, что нашёл её в холле. Очевидно бедняжке стало дурно, а поблизости никого не было. Получив благодарственный адрес и сочтя свой долг выполненным, он вернулся в комнату, где и погрузился в размышления.
Можно было также стереть память Лэйне и продолжить развлечения. Можно было разорвать отношения с ней, благо очаровательных и необременительных девиц в Хогвартсе хватало. Можно было бы попытаться объясниться и заслужить прощение. Вариантов предостаточно. Геллерт зевнул: вечер был довольно поздним, можно было выяснить настроение француженки утром, а пока стоило просто выспаться.

110

Это утро не было добрым. Лэйна едва открыла опухшие глаза. Голова была тяжёлой, будто девушка пила всю ночь. Никогда ещё МакЛинет не рыдала так сильно, как вчера, в этом ей было стыдно признаться даже самой себе. Ну ничего, наполовину зачарованные, наполовину натуральные крема, которые ей дала с собой мать наконец-то пригодились. Жалко, что девушка не привезла из Франции ничего, что помогло бы ей совладать с чувствами. Тут уже должен был помочь внутренний стержень, который был у Лэй всю её жизнь.
Она, конечно, подозревала, что это пройдёт. Это жжение в груди и желание разрыдаться через каждые пять минут. Это всё пройдёт, нужно только время. А времени до завтрака было слишком мало. Так что МакЛинет просто приказала себе держаться. Ей ни в коем случае нельзя было сорваться. Нельзя плакать на людях. Это, во-первых, плохой тон, во-вторых, это из-за какого-то слизеринца. Фи. И, соответственно, нельзя выцарапать ему глаза при всех. Лучше где-нибудь в подворотне, вечером, после отбоя....
Девушка одёрнула себя. Она не должна опускаться до такого. Она должна помнить о большей цели. Лэйна позволила себе полетать в облаках, что ж, время спускаться на землю и пускаться на поиски Даров Смерти с новой силой. Её больше не интересует эта светловолосая тварь. По крайней мере, МакЛинет сможет найти её, когда овладеет хотя бы одним из Даров. Найти и уничтожить.
С этой приятной мыслью француженка всё-таки вышла к завтраку. За столом она мило общалась с однокурсницами. Лэйна не давала себе взглянуть на Гриндевальда. Только однажды она почти случайно скользнула по слизеринцам и... их с блондином взгляды встретились. Девушка не стала уводить глаза. Она стойко выдержала эту встречу и отвернулась только когда её окликнули. Геллерт должен был понять - всё кончено. Лэй не из тех, кто даёт людям вторые шансы. На этом их история с этим подлецом должна была закончиться.
Однако, на травологии со слизерином, француженка услышала занятный разговор двух однокурсниц. Они говорили о том, что Гриндевальд вчера опять отличился - он нашёл бедную хаффлпафку-пятикурсницу, которая, похоже, упала в обморок. Эта ситуация очень заинтересовала Лэйну. После занятий она отправилась в больничное крыло.
Ну да, так оно и было. Девчонка, с которой вчера обжимался поганый слизеринец, лежала на больничной койке и спала. МакЛинет подошла и погладила бедняжку по волосам. Ситуация с Гриндевальдом становилась всё яснее и яснее.

111

А поутру они проснулись... Нет, не вместе. Каждый проснулся в своей спальне, в своей кровати и совершенно один. События прошлого вечера восстановились в памяти моментально. Некоторое время Геллерт просто лежал, лениво обдумывая свои действия в ближайшем будущем. Действительно, на спокойную выспавшуюся голову всё видится иначе и  более легко. Трагедии не было. Ну бросит его девчушка. Так и не было настоящего романа. О них не знал никто, даже Алоис. А сейчас она и не посмеет рассказать, иначе её имя  покроется позором. Скорее всего, Лэйна и сама уже пришла к такому выводу. Возможно, решит отомстить. А если вчера хватило смелости на Аваду, то может хватить решимости и на серьёзное проклятье. Мало ли чёрных колдунов, предлагающих свои услуги вот таким оскорблённым девицам. Что же, он проявит осторожность, но чрезмерно бояться не собирается.
Гриндевальд наконец поднялся, привёл себя в более пристойный и подобающий вид, и направился к завтраку. Маклинетт была там. Воплощённое достоинство, он даже залюбовался на миг. Затем встряхнулся, отогнал ненужные мысли, и сел на своё место. Ел неспешно, обстоятельно. Выбирая самые аппетитные куски, неторопливо попивая сок. И бросая взгляды в её сторону. И наконец она посмотрела на него. И снова мимолётное восхищение глубоко внутри.
Хороша, чертовка,мелькнула мысль в голове. Он поднял кубок и словно невзначай отсалютовал ей. Этот пассаж остался незамеченным остальными. Даже приятели, с которыми он вёл беседу, не придали значения его жесту. Лэйна отвернулась, а Гриндевальд просто пожал плечами. Кончено. Финита ля комедиа. И пора возвращаться к прежним планам. Есть Дары Смерти. Есть долг перед отцом. Есть, в конце концов, его собственное честолюбие.
После занятий он снова отправился в библиотеку. Возникла идея пробраться в Запретную секцию. Можно нарушить правила, но зачем, если достаточно получить разрешение от профессора?

112

- Я знаю тебя?
Лэйна, оказывается, просидела у постели пострадавшей довольно долго, и всё это время поглаживала девушку по голове, а сама мысленно собирала пазл из всего, что она знала о Геллерте Гриндевальде. Теперь нужно было посмотреть на ситуацию без лишних эмоций. Но раздумья прервал тонкий девичий голосок.
Хаффлпафка открыла глаза и испуганно смотрела на МакЛинет, но она явно испугалась не потому, что видела, как гостья прошлым вечером пользовалась запрещённым заклинанием. Похоже, девушка просто не понимала, что происходит.
- Эм... Нет, вряд ли, - Лэй фальшиво улыбнулась, чтобы хоть как-то успокоить лежавшую на кровати бедняжку. - Ты помнишь, что произошло?
- Я уже говорила, - тихо, но явно на пределе своих возможностей ответила хаффлафка. - Я шла в библиотеку и потом... Упала. Помню, что сильно испугалась... А потом я уже в руках Геллерта... Он приходил? Он что-нибудь обо мне говорил?
Лэйна поморщилась, увидев как оживилась пострадавшая, когда вспомнила слизеринца. Только теперь МакЛинет поняла, как глупо себя вела, и даже обрадовалась тому, что произошло вчера. Если бы всё было не так, возможно, не эта бедная хаффлпафка лежала бы сейчас на больничной койке, а сама Лэй и так же с надеждой на любовь блондина искала бы его по всему Хогвартсу.
С тщетной, глупой надеждой, которая никогда не оправдается.
- Нет, но я уверена, что ещё придёт, - француженка улыбнулась фальшивее, чем когда-либо. Очень быстро к ней пришло отвращение к бедняжке. Лэйна поспешила убраться из больничного крыла.
Вернувшись в гостинную Рэйвенкло, МакЛинет до самой ночи просидела над докладом по зельеварению, в котором в итоге не написала ни строчки. Она думала. Думала много, представляя себе различные версии событий.
Гриндевальд - блудник и обманщик, а француженка глупо купилась на его обаяние и шарм, за что и поплатилась. Всё было чётко и ясно, но эмоции всё ещё били через край, как бил бы фонтан крови, если бы Лэйна оторвала слизеринцу голову.
Засыпала девушка всё с тем же выводом, что она сделала утром: направить всю энергию на поиски Даров и не оглядываться на постыдное прошлое. Придёт время и она сможет отомстить блондину. Обязательно сможет.

Не прошло и недели, как МакЛинет перешла к действиям. Постоянное погружение в старые сказки, легенды, истории, байки о желанных атрефактах не давало девушке думать больше ни о чём. Это, конечно, стало сказываться и на учёбе, но неглупая Лэй успевала где-то списать, где-то умилить преподавателя, где-то просто зазубрить, так что в итоге пробелы быстро затягивались, в то время как француженке нужно было больше информации.
Этой ночью Лэйна всё-таки рискнула совершить вылазку в библиотеку. Лёгкая, гибкая и быстрая девушка без особого труда смогла добраться до места, но внезапно её спугнул даже не звук, а странное смутное предчувствие. МакЛинет пришлось спрятаться в темноте за доспехами. Студентка Рэйвенкло в какой-то момент даже почувствовала, что ей дико страшно - за нарушение режима грозила публичная порка в самом лучшем случае.

113

Разрешение получить оказалось не настолько просто. Возможно, он выглядел не слишком убедительно. Возможно, история с Лэйной  достаточно повлияла на его настроение, чтобы растерять привычное красноречие. Прошло около недели прежде чем он получил заветный пергамент со столь необходимой ему подписью. Допуск в Запретную Секцию. И то, пришлось выждать ещё два дня, для того, чтобы убедиться, что его манипуляции не привлекли нежелательного внимания.
После занятий он поднялся на верхний этаж, где находилась сама библиотека. Предъявил разрешение старухе, бдительно охраняющей ценные магические книги. Старая ведьма долго и въедливо изучала эти несколько строчек, затем лицо самого слизеринца и наконец неохотно кивнула. Судя по её бормотанию за его спиной, когда сам студент входил в помещение, она искренне надеялась, что это фальшивка, и с большим удовольствием отправила бы его к декану, отбывать наказание.
Наконец злобный скрежещущий голос ведьмы стих, она удалилась заниматься своими делами, а он смог наконец приступить к своим. Первым делом просто прошёлся вдоль проходов, бегло оглядывая корешки книг. Он не полагался на интуицию и мало верил в чудо, давшее бы возможность сразу получить искомое. Нет, Геллерт просто хотел своими глазами увидеть весь объём работ, что предстояло переделать. Ещё много раз придётся просить разрешение, со временем и старуха привыкнет к его присутствию.

Время шло. Геллерт обложился книгами так, что его совершенно не было видно за этими стопками. Свеча почти догорела, когда он перелистнул последнюю пожелтевшую страницу старинного манускрипта в жутковатой чёрной кожаной обложке. Название было на неизвестном ему языке, но текст поддавался прочтению, хотя язык и был несколько архаичным. К сожалению, хоть и интересная, но абсолютно бесполезная. Не было даже намёка, никаких упоминаний. Геллерт осторожно  закрыл книгу и потянулся. Затем достал из кармана часы, рассеяно взглянул на них.
Первой реакцией был шок. Комендантский час давно уже наступил. Почему библиотекарша ничего не сказала, он не знал, но догадывался, что склочная ведьма сделала это специально. Неприязнь к студентам просто сочилась из неё, кривя её лицо в вечно недовольной гримасе. Не беда. За время свиданий с Лэйной он успел наловчиться прятаться, возвращаясь в подземелья заполночь.
Встав, он оправил мантию, поправил воротничок. Тишина не пугала, лишь заставляла двигаться осторожнее, чтобы не привлечь внимание завхоза или кого-либо из старост, если те пойдут с обходом.
Взяв огарочек, он направился к выходу. Слабый трепещущий огонёк плохо освещал дорогу, но позволил обойти книжные полки без риска наткнуться на них. Под мышкой Геллерт держал небольшую книжку. Разрешение на вынос он тоже получил и до следующего вечера намеревался успеть изучить её, между занятиями.
Некий шорох впереди заставил его замереть, прислушиваясь. Там точно кто-то был, прятался. Значит не старосты. Геллерт усмехнулся, а затем шагнул вперёд, освещая тёмный коридор. Второй нарушитель в любом случае не побежит жаловаться.
Геллерт замер. Такого он не ожидал.
- Лэйна?

114

Лэй не успела спрятаться. Она была за доспехами лишь наполовину, когда тусклый свет свечи в руке выходящего из библиотеки человека выхватил француженку из темноты.
- Лэйна?
Этот голос мог принадлежать только одному человеку во всей вселенной. Мгновение понадобилось девушке, чтобы схватить палочку и мысленно выбрать подходящее заклинание, и ещё одно - чтобы почувствовать опасность, исходящую совсем не от ошарашенного слизеринца. Воспользовавшись шоком парня, МакЛинет в несвойственной для леди грубой манере затащила Гриндевальда в нишу с доспехами, при этом задув его свечу. На этот раз интуиция не обманула - как только кончик мантии блондина скрылся в темноте, из двери, ведущей в библиотеку высунулась старая уродливая голова. О библиотекарше среди Рейвенкло ходили не то, что байки, целые легенды. Поговаривали, что она никогда не спит, а только сидит над книгами 24 часа в сутки. А ещё говорили, что на тех, кто нарушал правила - не сдавал вовремя книги, вырывал страницы и т.п. - старуха накладывала мощнейшие проклятия, такие, которые не могли снять даже самые сильные маги. Никто не пытался, конечно, проверить это, хотя некоторые старшекурсники иногда пытались хвастаться своими проделками, но потом почему-то всё равно оказывались в больничном крыле. Мисс МакЛинет вдруг поняла, что она предпочла бы лучше публичную порку, чем попасться библиотекарше в столь поздний час.
В любом случае, опасность миновала. Старуха почмокала беззубым ртом и засунулась обратно в своё пристанище. Когда в библиотеке всё затихло, Лэйна внезапно обнаружила себя прижавшейся к слизеринцу и тут же отпрянула, отряхнувшись, будто бы Геллерт её чем-то измазал.
- У меня только что закончилось свидание, - быстро нашла подходящую ложь француженка. Она держалась спокойно, и, хотя, говорила еле слышным шёпотом, каждое слово было слышно чётко и ясно. А внутри девушки разыгралась самая настоящая буря. Ей хотелось одновременно и убить Гриндевальда и накинуться на него с поцелуями, но гордость в сочетаний с выдержкой не позволяли эмоциям прорваться. Бурю внутри выдавало только частое дыхание девушки, которое можно было списать на испуг. - С приятным молодым человеком с вашего факультета, месье Гриндевальд. Сириусом Блэком, он, кажется, хороший друг моего брата. И только что, по вашей воле, мой прекрасный вечер чуть было не закончился суровым наказанием.
Насчёт алиби Лэйна не беспокоилась: Блэк с самого приезда посылал ей знаки внимания, так что если Геллерту захочется спросить паренька о свидании с МакЛинет, тот, естественно, подыграет ей. Таковы мужчины, им нужно хвастаться своими достижениями, пусть даже и придуманными. И, хотя блондин её ни о чём не спрашивал, девушка знала, что он примет её слова к сведению.

115

Она втянула его в укрытие, и это настолько ошеломило Гриндевальда, что он просто замер, затаив дыхание и прислушиваясь к звукам в коридоре. Кажется, там ходила старуха-библиотекарша, но сейчас его волновала отнюдь не она. Лэйна Малинет была так близко, что он чувствовал её тепло, её дыхание и даже биение сердца. Почему-то этот миг взволновал его, всколыхнув приятные воспоминания. Но нет, прошаркали шаги ведьмы, затем всё стихло, и француженка мигом отскочила от него, бормоча что-то о свидании. Не верить ей причины не было, хотя что-то в её голосе прозвучало фальшиво.
Всё было не важно. Лэйна Маклинет лишь приятное приключение, воспоминания, которые не будут мешать ему спать по ночам. И замену ей найти будет нетрудно. Всё так, но отчего-то слова о свидании резанули ему по сердцу. Захотелось сказать ей гадость, причинить боль, унизить, втоптать в грязь. Например поинтересоваться, как месье Блэк относится к использованному товару. Или она рассчитывала, что для того её невинность не имеет значения? Но ведь это ставит её вровень с обычными доступными женщинами.
Геллерт промолчал. Не порыв джентльмена, просто ниже его достоинства говорить подобную грязь. Вместо этого он холодно улыбнулся, хотя в темноте этого не было видно. К сожалению, не было видно и её глаз.
- Я рад за тебя, шери,- да, именно так, и пусть милая девочка поверит, что ему всё это просто безразлично.- Позволь пожелать тебе счастья с Сириусом... или любым другим достойным джентльменом. Разумеется, если его одобрит твой брат,- не удержался он от шпильки.

116

- Меня, месье Гриндевальд, совершенно не волнует мнение брата по этому поводу, - Лэйна только ухмыльнулась, продолжая говорить свистящим шёпотом и подходя к слизеринцу ближе, чтобы он хоть чуть-чуть мог разглядеть её лицо с широкой улыбкой. – А ваше уж тем более.
Зачем она добавила это, никто уже не узнает. Лэйна развернулась на каблуках, да так, что даже мантия на ней распахнулась и обнажила наряд, явно предназначенный совсем не для свидания. Девушке осталось только надеяться, что Геллерт не заметил этого. Буркнув «Люмос», девушка поспешила скрыться с места встречи.
***
- Ну что, как договаривались? Улыбайся, Лэй, - бормочет Сириус, смахивая с плеча девушки невидимую пылинку, и берёт МакЛинет за руку.
- Не бойся, всё будет в лучшем виде. Только… Ты уверен, что все заметят? – француженка опускает взгляд на сияющее колечко на безымянном пальце.
- Мы опоздали на завтрак, нас могут выпороть за это, тогда уж точно все заметят, - Блэк пожимает плечами. – Но вообще, никто не посмеет выпороть счастливых влюблённых, я в этом уверен. Просто улыбайся, прошу, девочка, улыбайся.
- Я буду улыбаться так, что само солнце позавидует моему счастливому сиянию и любви к тебе, мой дорогой, - студентка Рейвенкло расплывается в приторной наигранной улыбке и прижимается брюнету.
- Так-то лучше. Пойдём, милая.
Они входят в зал, взявшись за руки. В последние недели их стали часто видеть в обществе друг друга. А всё началось со слухов, которые странным образом расползлись по Хогвартсу после ночной встречи Лэйны с Гриндевальдом. В итоге Сириус всё-таки набрался смелости и подошёл к француженке. Он сказал, что эти слухи ему выгодны и спросил, не против ли МакЛинет подыграть. Ей это было тоже полезно, и они стали иногда прохаживаться по замку под руку, болтая о чём-нибудь и претворяясь самыми счастливыми на свете, а несколько дней назад Сириус вообще сделал предложение, от которого Лэйна не смогла отказаться. Библиотека Блэков содержала огромное количество информации, но к ней подпускали только самых близких. Ради своей цели девушка была готова не только притвориться невестой Сириуса, но и выйти замуж за мужчину, который, судя по всему, её даже не хотел. Блэк, впрочем, тоже не был пределом мечтаний француженки, а вот Дары Смерти, к его счастью, были. Лэй даже не стала спрашивать, зачем брюнету вся эта ложь, очевидно, у него были очень веские причины, о которых он не хотел распостраняться.
Сопровождаемые взорами всего Большого Зала, молодые люди дошли до начала столов и – о, дерзость! – поцеловались при всех, легко, в губы, но этого было достаточно, чтобы завуч покраснел, как помидор. Однако сидящая с ним профессор травоведения успокоила мужчину, заметив на пальце Лэйны кольцо. По залу волной прошёлся шёпот и стих, хотя глаза многих не отрывались от счастливых влюблённых. Наконец, Сириус и его невеста разошлись по разным столам, но только для того, чтобы посылать оттуда друг другу недвусмысленные взгляды и воздушные поцелуи. Эффектное появление удалось.

117

Зачем думать о женщине, если уже успел вычеркнуть её из жизни, из всех планов на настоящее и будущее... но не из головы, как оказалось. Стоило бы молодому Гриндевальду знать, что поговорка о собаке на сене вовсе не глупость. Именно так он себя и чувствовал, строя догадки и постоянно напоминая, что с этой райвенкловкой покончено. Он продолжал ходить в библиотеку, уже не позволяя себе так сильно забывать о времени, но теперь, всякий раз возвращаясь обратно в подземелья, Геллерт машинально искал взглядом стройную девичью фигурку, а сердце ёкало, если случайно он встречал какую-нибудь светловолосую студентку.
Утро, обычное, ничем не примечательное. Как обычно перекинулся несколькими словами с приятелями в гостиной, вместе с ними отправился в Большой зал, не придав значения отсутствию Сириуса. Тот и раньше мог уйти раньше всех, это было нормально. И в самом зале у Геллерта не было причин искать взглядом за столом младшего отпрыска благородного семейства Блэков. Слизеринцы расселись по местам, приступили к завтраку, не забыв по традиции уколоть несколькими насмешками заклятых "друзей" в красно-золотом. И вот когда сам Геллерт, уже абсолютно спокойный, наслаждался приятной трапезой, в зале появились они. Не донеся ложку до рта, Геллерт замер, провожая взглядом Лэйну и Сириуса, ощущая как внутри него постепенно начинает разгораться огонёк ярости. Он не слышал комментариев соседей по столу, шушуканья вокруг. Поцелуй его добил, он уронил ложку на стол, потянувшись за палочкой. К счастью, случайный тычок под рёбра от соседа отрезвил его.
- Это не кольцо у неё?- задумчиво задал риторический вопрос неизвестно кому Алоис. - Как это я упустил из виду... И надо будет переговорить с будущим родственников. Предупредить по-дружески, на что подписывается.
Насмешку старшего брата счастливой невесты Геллерт поддержал неопределённым хмыканьем, но сам он разговаривать с Сириусом пока не собирался. Ведь не сдержится, точно убьёт.
Едва дождавшись конца завтрака, Геллерт, игнорируя взгляды друзей, сорвался с места и одним из первых покинул зал. Сначала в комнату, затем, схватив сумку, пошёл в кабинет, на урок Трансфигурации. Пока никого не было, он хотел подумать. Самое главное, понять себя и то, как быть дальше. Если девушка безразлична, о ней не думают, и тем более, её не ревнуют. Что это значит? Неужели, он крупно ошибся? Возможно ли, что маленькая француженка успела проложить дорогу в его сердце, потеснив даже память о матери и отце?

Урок прошёл спокойно, к счастью, Геллерта не вызывали, а лекцию он сумел записать правильно. Последующие также, словно кто-то решил пощадить Гриндевальда, дав ему возможность всё взвесить и решить. Во время обеда он просто не сводил взгляда с Маклинет, уже не думая, что кто-то всё поймёт. Он хотел с ней поговорить, но точно знал, что на записку она не ответит, просто не придёт.
Вечером он не пошёл на ужин, вместо этого нашёл полтергейста и договорился с ним о помощи. Тот должен был заманить девушку в пустой кабинет, но так, чтобы она не заподозрила неладного.
Ужин заканчивался. Геллерт стоял у окна и ждал.

118

- Отстаньте, отстаньте от меня! - визжит Лэйна, запрыгивая в ближайший свободный кабинет. - Мне нужно идти на ужин! Я сейчас позову завуча! - несколько привидений, перебрасываясь пошлыми шуточками о первой брачной ночи и отвратительным хохотом, пролетают мимо кабинета. - Будьте вы прокляты!
МакЛинет содрогается, вспоминая отвратительные прикосновения бестелесных созданий, тошнота подступает к горлу и девушку чуть не выворачивает наизнанку. Хочется принять горячую ванну, проваляться в ней пару часов как минимум. Больше всего на свете француженка ненавидела призраков, даже наверное больше, чем брата и больше, чем Гриндевальда. Неужели, кто-то сознательно желал после смерти превратиться в тошнотворную холодную тень себя самого и тысячелетиями докучать живым? Ученица Рейвенкло знала только одно - она такого никогда не пожелает. Лучше уж умереть с честью, пытаясь добиться своей цели.
После эффектного появления на завтраке, кажется, каждая девчонка Хогвартса решила, что её долг - подойти и спросить Лэйну о помолвке. Блэк был желанной добычей для многих: из богатой уважаемой чистокровной семьи, недурен на лицо, обладает превосходными манерами. Даже мамой француженке их притворные свидания начали уже приносить какое-то извращённое удовольствие. Большинство девушек смотрели на МакЛинет с нескрываемой завистью, кое-кто с презрением, ну а кое-кто с восхищением. Единственной девушкой, не купившейся на обман была Ариана, но та просто видела подругу насквозь. И, хотя, Дамблдор не одобряла решения Лэй, она всё равно поддерживала однокурсницу, за это француженка была ей очень благодарна.
Нельзя сказать, что решение далось Лэйне легко. Да, это было ради Даров, для того, чтобы достичь своей конечной цели, но брак означал определённые обязанности, означал, что нужно будет рожать детей и вообще спать в одной постели с человеком, который до сих пор ни разу не притрагивался к мисс МакЛинет просто так, не ради показухи. От этого было как-то тяжело и мерзко на душе, но конечный результат стоил того. Лэй никогда не заблуждалась, думая, что ничем не придётся жертвовать.
Девушка слышит шорох где-то рядом, оборачивается и вскрикивает, но скорее от неожиданности, чем от страха. Как же ей везёт сегодня на существ, которые ей отвратительны.
- Месье Гриндевальд, - француженка пытается отдышаться, её грудь быстро вздымается и опадает в откровенном вырезе. - Я не хотела вас беспокоить, просто эти противные приведения... - Лэйна морщится, смутно понимая, что что-то здесь не так. - Я, пожалуй, пойду, не хочу заставлять моего жениха ждать меня на ужине...

119

Возможно, полтергейст перестарался. Геллерт хмурился, прислушиваясь к приближающемуся шуму. Но важен результат, а как его добиться - это уже  детали. Дверь распахнулась, кто-то  вошёл и тут же прикрыл её за собой. Тяжёлое дыхание, Геллерт медленно обернулся, улыбнулся не разжимая губ при виде сжавшейся у стены девичьей фигурки. Неужели она его не видит? Конечно, тут царит полумрак, ведь солнце скоро скроется за горизонтом, точнее за Запретным лесом, именно на него Грндевальд и смотрел, пока ждал юную райвенкловку. И снова обуяла ностальгия по прошлым развлечениям, по их встречам тайком, по поцелуям и ласкам. Сожаление смешивалось с досадой, ну неужели придётся просить прощения, умолять..? Настолько не в его это характере. Шаг от окна, пора переходить в делу, время-то идёт. Лэйна тут же обернулась, мгновенно исказившей личико гримасой дав понять, как он ей неприятен. Эта реакция помогла собраться с духом, а заодно и справиться с волнением.
- Мисс Маклинет,- едва заметный кивок, высокомерная улыбка.- Вы меня не беспокоите,- "Какая ложь, все мысли только о ней!" - напротив, безмерно рад нашей встрече. Знаете, напомнило старые добрые времена. Хотя... Насколько старые? Им нет и года, вы ведь помните. Фактически, потому я и здесь. Одно из наших первых свиданий, после ванной для старост.
Хмыкнув, Геллерт медленно приблизился к Лэйне, надеясь, что она даст договорить, не убежит. Главное, не спровоцировать истерику.
- Кажется, я превращаюсь в старика. Мне нравится предаваться воспоминаниям. Забавно, верно?
Заставлять жениха ждать... Геллерт сдержался от выпадов в сторону младшего из Блэков. До этой досадной помолвки ему не было причин враждовать с Блэком, а если всё сложится удачно, то и не будет. Последний шаг, и вот он стоит вплотную к ней, смотрит сверху вниз,  вспоминает, как сладко и прекрасно целовать её губы, шею... Приходилось сдерживаться, однако он не сомневался, что и Лэйна всё прекрасно помнит.

120

Лэйна сначала не понимает, о чём говорит слизеринец, но как только он упоминает о свидании, всё внезапно становится на свои места. Девушка не может сдержать ухмылки. Это что, какая-то жалкая попытка её ещё раз соблазнить? И эти жуткие призраки наверняка были не случайны. Хотя, МакЛинет, конечно помнит. Она помнит всё: дикие поцелуи, ощущение Геллерта внутри, он мог довести её до пика всего парой движений. Воздух будто бы снова пронзают крики удовольствия француженки. Девушка напрягается, стараясь подавить волну возбуждения, которое вызвали воспоминания. Слизеринец так и остался первым и единственным(неудачное лишение девственности девушка не считала) настоящим любовником МакЛинет, после блондина у неё никого и не было. Да, француженка ходила на пару-тройку свиданий, самое большее, чем они заканчивались, это вялыми поцелуями. Ведь мисс МакЛинет чистая и невинная девушка, Лэй было на руку то, что парни так считали. Но сейчас тело просто ныло, оно нуждалось в прикосновениях, оно дико нуждалось в Гриндевальде. Студентка Рейвенкло уже проклинала себя за то, что не оседлала никого из тех, с кем ходила на свидания. Ведь можно было бы как Геллерт - заставить их забыть. Хотя, в магии Лэйна всегда была не самой сильной.
- Да, всё было просто потрясающе. - девушке каким-то магическим образом удаётся скрыть свою слабость перед высоким статным блондином, она смотрит на него с усмешкой, снизу вверх и ничуть не боится. - Пока я не застала тебя с другой в этом самом кабинете, - голос француженки приобретает ледяные нотки, хотя она всё равно говорит с улыбкой, будто бы это зрелище не разорвало её сердце на части. - Я обещала, что ты заплатишь за это и ты заплатишь, просто у меня пока другие заботы. Свадьба, например, - этой невероятно-сладкой улыбкой можно убить. - Я не знаю, что за игру ты снова ведёшь, но я скорее отрежу тебе руку, чем позволю ещё хоть раз прикоснуться ко мне, - девушка нащупывает рукоять палочки в специальном кармане юбки, готовая в любой момент исполнить свою тихую угрозу. - Сириус меня прекрасно удовлетворяет, так что ты можешь даже не мечтать о продолжении того, что у нас было. А посему, Гриндевальд, наслаждайся воспоминаниями. Это единственное, что тебе остаётся.


Вы здесь » Hogwarts|Collide » Вне времени » [осень 1898 г. - ?]Совсем другая история (AU)